Еду, куда, зачем?

Потом выяснилось – за адреналином еду, в Конаково.

Всю дорогу из машины выжимал по максимуму. Приехал к двум ночи, забрал Ксеньку от ее друзей. Завтракали около часу дня втроем с ее папой. Строили планы – покататься на велосипедах по окрестностям.

Накрапывал дождь.  Ксюшин папа, предчувствуя неладное, посоветовал ехать на авто, и невзначай спросил – когда начинать звонить в службу спасения? Да! По нашему приезду он был в ярости от случившегося, которую выражали его сдвинутые брови и торопливая ходьба по комнате. Путь наш лежал по направлению к деревне N. По дороге остановились у кладбища с могилой Ксюшиной бабушки.

Тормознули и у поля. Фотографировали рожь, сосны, себя и лягушек.

-Смотри – яблоки по пять рублей за ведро!

-Ладно, на обратной дороге купим.

Деревня X со старой церковью, подъехали. Возле полуразрушенной ограды стояла пятерка Жигулей с темными стеклами. Водительское окно приоткрыто, машина не заперта – видать местные. С кладбища выходили подвыпившие ребята – трое парней и девушка. Завязался разговор – кто, откуда. Реакция была не однозначная. Между ними возникли разногласия – можно нам здесь находиться или нет. Ситуация развивалась стремительно – минут через пять мы решили убраться.

 Сев в машину, получили первый удар от Григория рукой в лобовое стекло. Стекло лопнуло, но не вывалилось. Я дал задний ход для разворота. Второй удар вдогонку по капоту ногой. Дальше сработала самозащита. Я двинул свой американский микроавтобус прямо на обидчика. Пока друзья вытаскивали Григория из-под машины и поднимали его, я метнулся на тупиковую дорожку для разворота. Нам предстояло ехать мимо них. Они стояли уже на дороге в надежде нанести прощальный удар. Я хладнокровно направил машину прямо на них. Саша с Григорием отпрянули, так и не ударив. Мы с Ксенькой отправились дальше к конечному пункту в деревню Дулово. До нее оставалось километров 10.

Догнали они нас быстро, долго маячили впритык сзади. Я вел машину хладнокровно, держась правой стороны с обычной скоростью. Впереди нас ждал тупик. Все должно было решаться здесь и сейчас. Они пошли на обгон. Я их дразнил, давая обогнать себя на пол корпуса. На третий раз пятерка решила нас подрезать. Я прибавил газу и ударил бампером в правую дверь. Они остановились, осматривая повреждения. Нагнали быстро при подъезде к деревне. Конец пути, дорога раздваивалась перед церковью. Мы остановились по середине перекрестка. Они проехали чуть вперед с моей стороны, не давая проезда налево. Я дал назад, потом снова вперед, уткнувшись им сзади. Они решили развернуться, вывернув влево. Дорога была узкая, трава на обочине мокрая. Они не рассчитали свой радиус разворота и начали съезжать в канаву. На мгновение они замерли на обрыве. Мы уже стояли вплотную к их левому борту, намереваясь спихнуть их окончательно. Нам уже нечего было терять. Трое пьяных деревенских парей, обиженных щуплым мальчиком и красивой девочкой из Москвы были на грани. Водитель пятерки хотел пятиться назад и на мгновение отпустил тормоз. их машина окончательно соскользнула в канаву, уткнувшись бампером в землю. Развернулись мы быстро, собственно и весь обратный путь мы ехали тоже быстро.

- о, яблоки.

- да Бог с ними.

Время от времени оглядывались - никого. Хладнокровность еще царила в душе. Ксенька радостно подпрыгивала – как мы их, круто. Добрались до Ксюшеного дома очень быстро. Дальше у меня отходняк, у Ксении яркие впечатления.

… Не ходите дети в Африку, в Африку гулять…